Лекс поднялся на свой этаж, открыл дверь кабинета, повесил на вешалку мокрое пальто и замер:
- Лекс?- услышал он голос, от которого у него потемнело в глазах.- Что ты здесь делаешь? Мне только что позвонили и сказали, что ты пугаешь пистолетом охрану. А теперь ты наследил у меня в кабинете. У тебя какие-то проблемы?
Лайнел Лютор, в волосах которого было гораздо больше седины, чем в день... его смерти, сидел в кресле за столом Лекса и пил виски.
- Что ты делаешь в моём кабинете? И кто ты такой?- осведомился Лекс, понимая, что отца здесь нет и быть не может. Потому что Лайнел Лютор мёртв. Потому что Лекс сам его убил.- Ты – клон?
- Лекс, у тебя обострение?- Лайнел встал и подошёл к Лексу.- И что это с твоей одеждой? Ты зимой купался в фонтане?
- Я ещё раз спрашиваю: кто ты и что ты делаешь в моём кабинете? Сразу скажу, тот облик, который ты принял, меньше всего располагает к приятной беседе,- сквозь зубы произнёс Лекс.
- Похоже, та кукуруза на фестивале, которая сбила тебя с ног, окончательно уничтожила твой хрупкий рассудок,- усмехнулся Лайнел.
- Какая кукуруза? Какой фестиваль?- разозлился Лекс.- Уходи из моего кабинета. Немедленно!
- Из твоего кабинета? Этот кабинет никогда не был твоим. И никогда не будет,- с иронией взглянул на него Лайнел.- Если ты, конечно, не вернёшься в лоно семьи. Тогда я подумаю о том, чтобы переписать на твоё имя небольшой пакет акций.
Лекс молча, вышел из кабинета, закрыл за собой дверь и, взглянув на табличку на двери, расхохотался. «Лайнел Лютор, президент». Подойдя к зеркалу, он осведомился:
- Снова Рождество и снова твои шуточки, мама? Я опять в коме? Или вообще умер? Ну, где же ты! Покажись! Что я на этот раз должен сделать, чтобы выбраться отсюда? Может, я должен убить себя, чтобы все жили долго и счастливо?
Лайнел Лютор, наблюдавший за его монологом из-за приоткрытой двери, поморщился и проговорил себе под нос:
- И ведь я даже ничего с ним не делал...

Кларк снова посмотрел на отца. Джонатан усмехнулся:
- Что с тобой? Ты как будто привидение увидел.
- Я...- Кларк не знал, что сказать. Конечно, Лоис права, и этого не может быть. Но вот же он – его отец – пахнущий сеном и машинным маслом, с пыльными от опилок волосами. Забыв об осторожности, Кларк подошёл к отцу и обнял его так, что у Джонатана даже кости затрещали.
- Эй, сынок, полегче,- засмеялся он и, взглянув на сына, удивлённо произнёс.- Ты что, плачешь?
- Нет. Совсем... нет,- проглотив вставший в горле ком, проговорил Кларк, хотя у него на глазах и впрямь выступили слёзы. Впервые за много лет.
- Да что с тобой? Ты в порядке?- спросил Джонатан, оглядев Кларка.- И чего это ты в костюме? Где взял? Дорогой, судя по виду...
- Купил,- ответил Кларк.- Папа... – проговорил он, вспоминая, как звучит это слово.- Папа...
- Кларк Кент, если ты немедленно не объяснишь мне, что случилось, я буду сердиться,- сказал Джонатан.
- Ничего не случилось. Я просто очень люблю тебя, папа,- произнёс Кларк.
- Я тоже люблю тебя, Кларк,- ответил Джонатан. В глазах у него было беспокойство.- Надеюсь, это не связано с Джор-Элом...
- С Джор-Элом? Нет, это не связано с Джор-Элом,- помотал головой Кларк и вдруг увидел Лану. Она шла к ним с курткой в руках.
- Наденьте, Джонатан,- протянула она куртку отцу Кларка.- На улице холодно. Вы можете простудиться.
- Спасибо, Лана,- улыбнулся Джонатан.
- Привет, Кларк,- Лана посмотрела на него.
- Привет,- сказал Кларк, с удивлением глядя на Лану. Его поразили сразу три вещи: первое – он стоял рядом с Ланой, и ему не стало плохо; второе – она выглядела моложе и как-то милее, чем в их последнюю встречу, а в-третьих, у неё на пальце было обручальное кольцо. Ему не пришлось даже спрашивать, кто муж Ланы, потому что она, привстав, нежно поцеловала его в губы и улыбнулась:
- Рада, что ты, наконец, пришёл к ужину...